March 5th, 2010

собачка

Скромное бытие одиночества

Я заметно отупел за последнее время, перестал читать, хотя в глубине души мои страстные интересы ещё живут, глядя из темноты на мои метания и ожидая благоприятного момента, чтобы распуститься во всю.

Мне страшно стыдно и даже неприятно описывать моё состояние каким-нибудь неприличным словом вроде «экзистенциональной фрустрации».

Невозможность сделать другого человека счастливым — самое главное несчастье. Самореализация на неживой материи пуста и неплодотворна.

Что-то захотелось Франкла почитать. Он всегда казался очень мне близким и понятным.
  • Current Music
    A-Ha — Hunting High And Low
Playboy

По памятным местам

Просидев почти пять часов за едой, питьём и болтовнёй, мы пошли вспоминать университетское прошлое. Нашу инициативу немного пошалить из остальных сотрапезников никто не поддержал, и мы остались вдвоём с Сашей.

Внимательный читатель обратил внимание, что просто так мы не ходим. Обычно поздним вечером нас тянет поваляться или на лавке или в нетронутых собаками сугробах. Ну вот.



Добрели до старого доброго корпуса. Саша обещал, что у огня в столь поздний час непременно будут грется необычные и интересные люди, но там никого не оказалось.



Вот по этой дорожке я каждый вечер возвращался домой. И так три с половиной года. Было здорово. Хотя и дальше вроде бы, и надоедала одна и та же дорога, но теперь как-то уже и не важно всё это.
Здорово было, когда выходишь после закрытия библиотеки часов в восемь зимой. Кругом тьма холодная, собаки жмутся от ветра к стенам и прячут морды, освещения у корпуса, конечно, никакого, фонари мёртвые стоят и лишь ГЗ сияет.