Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Dan McGoo

(no subject)

Я еще когда читал воспоминания Евгения Шварца, убедился, что в специальной детской литературе собираются ожесточенные и язвительные люди и чем слаще будут сказочки, тем извращеннее вдруг окажется их сочинитель. Что ж, должна была проявиться страшная тайна и за беспощадной невинностью Чебурашки.




Самое досадное в настоящей эпидемии, что всецело занимает наши высокие государственные умы, — вовсе не то, что люди гибнут, компании разваливаются, безработица растет, в больницах нет мыла и туалетной бумаги, а что вот никак парад не удается провести. До того обидно, что мочи нет, ведь май безвозвратно уходит и другого такого уже не будет (разве что через год). Ведь если нет парада — значит, нет победы, а без победы — это поражение, а это обидно и горько и совсем не в нашем духе, это ведь как без штанов оказаться посреди бульвара — насмешка. Репетировали же, готовились, распилили в конце концов давно уже все. Но на то они и высокие умы, чтоб не отчаиваться из-за временных неурядиц, а терпеливо выжидать: чуть затихнут летать вирусы над головой, первым же делом вылезти из норы и провести парад.
Dan McGoo

(no subject)

Один сосед все время сверлит. Другой курит на балконе так, что весь дым ко мне сосет. Третий подкармливает голубей, и эти глупые птицы слетаются курлыкать к нему над моим балконом. Они настолько глупы, что не могут усидеть на подоконниках, и мерзко царапают своими лапками и хлопают крыльями, чтоб удержаться. Четвертый сосед кипятит молоко. А еще маленькие дети в глубине дворов по полчаса ревут, как торцовочные пилы.
собачка

Старики




В Лиссабоне все таксисты, которые мне попадались, были пожилыми людьми — пенсионерами или военными ветеранами. Я нашел эту особенность весьма удачной. Ведь что еще делать старичкам? Это у нас в Шереметьеве первое, что встречаешь по прилете, — стокилограммовые лодыри-таксисты, на которых пахать можно. А работа-то ведь не сложная. Старики водят аккуратно и не спеша. Впрочем, так делается почти все в Португалии.
собачка

Хуахин

Вода в Сиамском заливе не сильно соленая. Кожу не стягивает, когда высыхаешь. На пляже в Хуахине всегда ветрено и большие волны. Пару дней было таких, что невозможно было дальше чем по колено в море зайти. Очень забавное упражнение получается: упрямо лезешь в воду, а стихия тебя выплевывает. Из-за ветра не замечаешь, как скоро сгораешь на солнце.









Познакомился с одним финном, который работал в начале 90-х в Москве в Эриксоне. Он объездил всю нашу страну. По его словам, он и его коллеги чувствовали себя, как на Диком Западе. В один день их шведскому шефу стало до того тяжело, что он понял, без пистолета жить больше нельзя. Когда он сгоряча ляпнул это своему русскому коллеге, тот не моргнув спросил: «Какой тебе калибр нужен?» «Поменьше! — перепугались помощники шведа. — А то он нас всех укокошит». Тогда финско-шведскую компанию отвезли в гостиницу Интурист, где за 300 $ им продали пистолет Токарева. Шведу стало чуть легче. Пистолетом в итоге так ни разу и воспользовались.

Мой новый знакомый финн помнил несколько куцых фраз на русском и большую коллекцию мата.

Еще в ресторане я поболтал с голландцами, которые работали на Сахалине.








Я приехал в Хуахин на три дня, а остался на десять. Покидать Таиланд вообще непросто, а расставание с Хуахином оказалось куда горше.
Dan McGoo

Наброски для пьесы

«Женщина, которая не может уйти»
— это тяжелая бытовая драма, рассказывающая историю гражданки, у которой всегда что-то стоит на плите, поэтому она в течение 18 лет находится на кухне и не может уйти. В финале варево убегает, залив плиту. Женщина теряет сознание, и ее выносят с кухни. Занавес.
собачка

John Free

Смотрел видео от американского стрит-фотографа Джона Фри. Этот сухострогий на первый взгляд старик — настоящий писатель: заслушаться можно, как он рассказывает. Причем не столько о фотографии, сколько о труде, увлечении и самоотдаче. Обычно всякие стрит-фотографы учат, как фотографировать людей, чтоб на тебя не наорали или лицо не разбили: украдки всякие, ужимки показывают — шпионство какое-то. Он, конечно, тоже про это говорит, но с иной позиции:


Я не смущаюсь, потому что не думаю, что я делаю что-то недостойное. Я хочу показать обыденность, жизнь вокруг нас таким образом, чтобы она запала в сердца.



Врач же не смущается подходить к больному или умирающему, но он знает, что это его долг. Он должен спасти человека. Так и фотограф, если он видит картину, которую он должен донести до людей, он обязан схватить камеру и преодолеть эти несколько непритяных секунд смущения, потому что это будет прекрасная фотография.



Нужно каждый день учиться, учиться, учиться и тренироваться, тренироваться, тренироваться И, может, тогда вы научитесь и однажды позвоните мне и поблагодарите за это. И тогда, возможно, мы станем друзьями.



Я перевел на лету эти несколько пассажей, но поверьте, у него куда больше поэзии.
Dan McGoo

Про уток

Фотографировать уток — это такая же нездоровая напасть, как и снимать котиков. Я, конечно, подвержен этой слабости, как и многие остальные. Живое, пернатое, ходит, крякает — это же надо обязательно сфотографировать! Главное, потом никому эти фотографии не показывать, тогда расстройство можно хотя бы косвенно сдерживать и не выдавать его окружающим. Вот на моем некогда сломавшемся диске была погребена куча этих утиных снимков. Но это ненадолго подправило мою репутацию.


Утки


На первом курсе института (не Университета) я был одержим фантазией завести утку. К этому я было склонил веселую однокурсницу, которой эта идея доставляла такую же детскую радость, как и мне. В то время один из студентов нашего курса держал у себя в обжещитии петуха в тумбочке. Петух голосил оттуда по утрам, а когда в комнате не было соседей, хозяин выпускал его погулять. После петуха разговоры об утке не казались чем-то странным.

Так вот я мечтал, как утка будет ходить по комнатам и крякать, подергивая гузкой, а я буду сидеть в неописуемом восторге. Однокурсница тепло хохотала, но вскоре стала переживать, что утка будет какать и что с ней выйдет много мороки. Умиление гузкой не овладевало ей так сильно, как мной. Вот во всем в жизни у меня такие расхождения с людьми: я выписываю идеальные полотна счастливого будущего, а остальные сдаются перед самыми никчемными неудобствами.
Dan McGoo

Простой народ

Не переношу словосочетание «простой народ». Это какой-то собирательный образ недружелюбного крепостного времен Пугачевского бунта. Бородат, вонюч, иногда без передних зубов, но такой родной. «Давай присядем, чая попьем, вечером водочки, потом подеремся. Не ссы! Ты чё, не народ?» Очень способствует навязыванию клюквенного быта пролетарской бедноты в качестве русской повседневной культуры.
Dan McGoo

Non-sexual bondage

Мы тут с ребятами открыли такую штуку, как нон-секшуал бондаж. И теперь горим желанием рассказать об этой удивительной находке.

В конце прошлого года один американский священник позвонил в 911, потому что в результате своих утех не смог выбраться из наручников. Это в новостях американских было. Ещё обсуждали, как нужно относиться к своему ребенку, чтобы устроить его алтарным мальчиком. Короче, когда полиция прибыла на место, то застала святого отца одетым в оранжевый латексный костюм, с кляпом во рту и в наручниках за спиной. Оказалось, он неправильно застегнул наручники и поэтому не смог освободиться.

Священник после этого случая ушел в бессрочный отпуск. Но мы так прониклись историей, что я стал искать какое-нибудь коммюнике на сайте диоцеза (доступа не было, читал через кэш гугла). Надо же понять, что сказали коллеги. Сам-то я его не осуждаю, сочувствую только.

Официальное разъяснение мне очень понравилось. На встрече с епископом отец Донован заявил, что он был один и сексуальный компонент в его занятии ни в коем случае не присутствовал. Мол, просто у него работа полна стрессов. Поэтому после инцидента ему обещали предоставить медицинскую и психологическую помощь. Психолог подтвердил, что интересный эксперимент отца Донована связан со стрессом и не носит сексуального характера.

The clinical therapist also confirms that the strict absence of illicit sexual behaviors, relationships, and patterns reveal that this self-bondage is to be understood as non-sexual in nature.


Нон-секшуал! По мне, такое телесное наслаждение — это точно секшуал. Латексный костюм, кляп, наручники — трудно представить себе более отвлекающие антидепрессанты. В общем, отца Донована отмазали.

В конце прилагалось заключение психолога. Там объяснялось, что нон-секшуал бондаж — пока ещё плохо изученное явление. Люди используют бондаж в качестве сексуальных садомазохистских экспериментов. Однако нередко человек прячет таким образом свое тело и свое сознание от потрясений окружающего мира, несмотря на то что подобная борьба со стрессом может обернуться опасными последствиями и казаться постыдной в глазах общества. Отрадна приписка, что в настоящее время нон-секшуал селф-бондаж не рассматривается как умственное помешательство.

Короче, отцу Доновану хотелось, чтобы его крепко обняли. Сейчас он в бессрочном отпуске, диоцез призвал молиться за него. Но я считаю, отцу Доновану не стоит переживать из-за этих тщеславных глупостей, а пойти написать книгу о чудесной борьбе с депрессией.



P.S. Эта история всплыла у нас в разговоре про прочие безобразия жрецов. Вообще, надо сказать, среди священников встречаются самые безумные извращенцы. Крайне нездоровая субкультура. Как обычно, в России эта особенность предстает в более дикой форме. Алтарных мальчиков у нас нет нет. Трахать, соответственно, некого. Остается бабло пилить да прихожан давить на дорогах. Чем ещё на этой грешной земле утешиться?